Культурное пространство эпоса: специфика «Махабхараты»

Материал из ШайваВики

Я. В. Васильков

Культурное пространство эпоса: специфика «Махабхараты».



Культурное пространство героического эпоса исследователи обычно описывают исходя из противопоставления его культурному пространству (= космологической модели) мифа. При этом, как правило, выясняется, что в эпической картине мира, в отличие от мифической, практически лишается значения вертикальная ось пространства с нижним(и) и верхним(и) мирами на ней, зато все внимание приковано к горизонтальной плоскости (= «миру людей»), в которой только и действуют герои. Далее, в мифе жилище людей и жилище богов непременно описываются как находящиеся в центре вселенной, а на периферии помещаются обиталища враждебных богам и людям чудовищ; все это М.И. Стеблин-Каменский объяснял тем, что мифу свойственна «внутренняя точка зрения на пространство». В героическом эпосе её сменяет, однако, «внешняя» точка зрения: на смену эпической космологии приходит обобщённая эпическая география, родина героев, состоящая из ряда областей, окружённая соседними странами, которые, несмотря на отдельные неувязки, все же могут быть соотнесены с исторически известными этносами и государствами. «Зрительная установка» эпоса даёт возможность, по словам С.Ю. Неклюдова, «очень широкого пространственного охвата», и в пределах своего горизонта героический эпос держит, как правило, некоторую целостную картину известного ему обитаемого мира, при всей своей обобщённости и смутности отличающуюся относительной детализированностью и конкретностью, невозможными для мифологического сознания.

Между тем острота данного противопоставления в значительной мере снимается, если речь идёт не о зрелом (классическом) эпосе, а об архаических формах эпической поэзии, которые строят своё культурное пространство, в значительной мере ещё сообразуясь с космологической моделью мифа.

«Махабхарату» большинство исследователей в настоящее время типологически определяют, в соответствии с классической формулировкой П.А. Гринцера, как зрелый героический эпос, отчасти трансформировавшийся в религиозно-философскую, дидактическую эпопею.

Культурное пространство «Махабхараты» исторически многослойно, в нем налицо (что естественно в свете вышеприведённого типологического определения) и характерное героико-эпическое представление о пространстве, и «протонаучное» пространство традиционное религиозной географии (в частности, пространство включённых в эпос паломнических итинерариев), и даже местами представление о некоем запредельном, иномерном пространстве, привнесённое индуизмом как сотериологической религией.

Но рядом сохраняется, оставаясь вполне актуальной, и космологическая модель первичной, архаической мифологии, подобно тому, как это бывает в архаическом эпосе. В санскритском эпосе представление о верхних и нижних мирах вселенной, в частности, не является застывшим рудиментом архаического мировоззрения, но служит иногда сценой эпического действия: герои восходят на небо богов и затем возвращаются в мир людей, земной правитель вторгается с войском в нижний мир. В горизонтальном земном пространстве родина героев именуется «Срединной страной» (Мадхьядеша) и является оплотом истинной религии, средоточием высших ценностей, тогда как основные противники героев приходят с варварских окраин и являются, по существу, мифологическими чудовищами, демонами, воплотившимися в человеческом облике (герои же, разумеется, являются инкарнациями богов). Примечательно, что этими враждебными окраинами в Махабхарате предстают конкретно Северо-Запад и Восток Индии – области, на протяжении тысячелетий являвшиеся очагами этнокультурного и политического противостояния центру ведийско-индуистской цивилизации, находившемуся в северной части джамна-гангского Двуречья. Таким образом, обобщённая историко-географическая реальность отливается «Махабхаратой» в форму, которая задана космологической моделью архаического мифа.

В конгломерате культурных пространств санскритского эпоса именно пространство архаико-эпического типа является основой, на которую наслаиваются и под влиянием которой деформируются вызревающие в самой эпической традиции или приносимые в неё извне новые разновидности культурных пространств.

Примечания