Дотантрический Шиваизм

Материал из ШайваВики

3. Дотантрический Шиваизм

Бен Хошур

Перевод с английского: Savitri Devi

Распространение шиваизма в пуранический период

Во время правлении династии Гуптов (ок. 320-500 н.э.) стали распространятся и развиваться пуранические религии. По всему континенту странствующими певцами, рассказчиками и сочинителями стремительно распространялись различные истории из Пуран. Шиваизм практиковался, но это было одно из направлений, ведущих своё происхождение из пуранического теизма, существовавшего наряду с поклонением Вишну, Деви, Сурье, а также различным богам и богиням индуистского пантеона.

Термин «Шиваизм» включает в себя различные, но исторически связанные системы, объединяющие богословие, ритуалы и йогу, распространявшуюся в Индии как учение бога Шивы. Шайвами (шиваитами) назывались практикующие эту систему. Но никого из них нельзя было назвать абсолютным шайвом, почитателем Шивы, поскольку многие шайвы также поклонялись Богине (Деви), под которой подразумевается присущая богу сила (Шакти), а не его супруга. Благодаря Пуранам, шиваизм быстро распространился, в конце концов, по всему континенту через певцов и пересказчиков пуранических текстов.

Кроме того, период раннего средневековья, начиная приблизительно с 5-го по 13 вв., ознаменовался становлением, укреплением и распространением ведийского брахманизма. В то время как цари продолжали исполнять роль хранителей брахманического порядка, их личные религиозные предпочтения имели тенденцию к отражению народных верований, тяготеющих к теизму и, в основном, принимали форму буддизма, джайнизма, но, чаще всего, выражались в преданности Шиве, Вишну, богу солнца (Сурья, Адитья) или богине (Бхагавати) – божествам новых религий. Преданность этим божествам провозглашалась в их подписях, включая в пышные царские титулы эпитеты, значащие «целиком и полностью посвящённый» основателю религии или божеству, поклонению которому они отдавали предпочтение.

Среди такого разнообразия божеств, наиболее широко было распространено поклонение Шиве. Начиная с конца 6 в. титул «Парамамахешвара» (санскр. परममाहेश्वर, paramamāheśvara IAST) – «Полностью посвящённый Шиве» был популярен среди правителей и аристократии. Он часто встречается в декларациях о религиозной приверженности правителей и его упоминания дошли до наших дней в виде надписей, сохранившихся во многих храмах.

Ранние зачатки Шиваизма

Рудра 01.jpg

За исключением некоторых спекуляций по поводу свидетельств нахождения в долине Инда изображений Шивы, самые ранние упоминания о нём находятся в Риг-веде, три гимна которой обращаются к нему как к РудреРевущий», «Кричащий»). У Рудры коричневый цвет кожи, чёрный живот и красная спина. Облачённый в шкуру, свирепый и несущий разрушения повелитель богов бури – Марутов, нападающих подобно свирепым зверям, он, в то же время, является благожелательным целителем и устранителем болезней.

Гимны Риг-Веды 1.43, 1.114 и 2.33 восхваляют Рудру и просят его обойти их (арийские[1]) общины стороной, не забирать их детей и внуков, не убивать их лошадей и скот, а принять восхваления, уйти и поразить кого-нибудь другого. В «Таиттрия-самхите» из Кришна-Яджур-веды и в «Ваджасанейя-самхите» из Шукла-Яджур-веды, есть гимн ста имён Рудры – «Шатарудрия», который раскрывает неоднозначную природу божества, повествуя о его благостных формах, контрастирующих с гневными.

Он является богом диких, заброшенных мест, живущий вдали от человеческих сообществ, обитель которого поражает своей мрачностью. Но, тем не менее, согласно Риг-веде, он также и бог лекарственных трав, и Пашупати – покровитель скота. Этот гимн является одним из первых образцов воспевания имён божества для вступления в контакт с ним (или ней). В первые века нашей эры, в Джабала-упанишаде утверждается, что рецитация «Шатарудрии» ведёт к бессмертию, также этот гимн часто упоминается в «Шива-пуране». «Шатарудрия» до сих пор читается в шиваитских храмах.

Рудра

Рудра являлся второстепенным божеством ведийского пантеона и его описания как живущего вдали от арийских общин указывает на его не ведийское происхождение, но, тем не менее, тот факт, что он упоминается в этих гимнах, демонстрирует, что он хотя и второстепенное божество, но является частью ведийского пантеона. К 4-5 вв. положение Шивы-Рудры значительно повысилось и уже в Шветашватара-упанишаде он отождествляется с высшим Абсолютом, изначальной и материальной причиной существования вселенной.

В то же время, когда Рудра-Шива восхвалялся Риг-ведой и отождествлялся с теистическим Абсолютом в "Шветашватара-упанишаде", появляются и другие ранние свидетельства поклонения Шиве. Патанджали в своём грамматическом комментарии («Махабхашья» – «Великий комментарий») на известную санскритскую грамматику Панини (2-ой в. до н.э.) описывает преданных Шивы – «Шива-бхагавата» одетых в звериные шкуры и носящих железное копьё как символ своего бога (возможно, предшественник трезубца Шивы). На монетах греческих, сакских и порфянских царей, которые управляли северной Индией (200 гг. до н.э – 100 гг. н.э.) был изображён ездовой бык, символ Шивы. Также есть упоминания ранних шиваитских аскетов в Махабхарате. Однако, только благодаря Пуранам, шиваизм получил распространение как основное направление индуистской религии.

Аскетизм в шиваизме

Агхори.jpeg

В рамках становления общеиндуистских традиций мы наблюдаем процесс брахманизации или санскритизации, в результате которого великая брахманическая традиция, ведийские общественные ценности, формы ведийских ритуалов и распространение санскрита интегрируются с народными ритуальными и идеологическими концепциями.

Традиции, представленные в каждом регионе местными языками, местными божествами, формами проведения ритуалов и аутентичными культами становятся всеобщими благодаря санскритизации. Поэтическая традиция и эмоциональное богопочитание альваров становится пан-южно-азиатским явлением (т.е. традиция становится всеобщей), после того как их поэзию вобрала в себя брахманическая идеология вайшнавов (т.е. санскритизировалась). Таким образом, теология наслаивается на местные ритуалы и собственные культы, и, в свою очередь, оказывает на них влияние. Местные ритуалы и аутентичные формы поклонения послужили основой или субстратом для брахманической теологии.

Необходимо отметить ещё один важный процесс, а именно, изменение аскетического идеала: с одной стороны, его ассимиляция с идеологией домохозяина высшей касты (как в «Бхагават-гите»), а с другой – с аутентичными культами на шмашанах низших каст. Между этими крайностями находятся высокопочитаемые ортодоксальные подвижники, такие как дашанами. Эти проявления аскетического идеала могут быть связаны с историческим вопросом о ведийском и не ведийском происхождении подвижничества. Тем не менее, независимо от их происхождения, было, и до сих пор остаётся неоднозначное отношение к подвижникам среди домохозяев.

Таким образом, на одном полюсе находился высоко почитаемый ортодоксальный подвижник, идеал многих мужчин из высших каст, а на другом – вызывающий страх неортодоксальный аскет, постоянно обитающий на оскверняющих шмашанах. Это двойственное отношение наглядно проявляется в почитании Шивы, который представляет собой парадоксальное божество и воплощает в себе как идеального домохозяина, так и идеального аскета.

Подобно вайшнавизму, шиваизм вобрал в себя различные ритуальные практики и пантеон, но тяготеет к аскетизму или аскетическому идеалу даже в формах домохозяина в большей степени, чем вайшнавизм. Действительно, дух шиваизма также можно обнаружить в традициях подвижничества, в частности в традициях подвижничества на шмашанах, особенно среди пашупатов, лакулов и капаликов.

Шиваитский идеал аскетизма контрастирует с таковым в вайшнавизме, где он тесно связан с домохозяином, мирской жизнью и идеологией монархизма. Другими словами, вайшнавизм, как правило, более ведийский и ортодоксальный, нежели шиваизм. За исключением экстатических и аморальных отклонений в почитании Кришны, идеология вайшнавизма тяготеет к ведийским нормам жизни и основывается на ведийских ценностях.

Имея некоторую склонность к установлению норм, Шиваизм также и безоговорочно принимал не ведийские откровения Тантр и черпал вдохновение из аскетизма на оскверняющих шмашанах. Некоторые экстатические тенденции Шиваизма нашли своё отражение в мифологическом образе самого Шивы.

Миф о Дакше

Миф о Дакше.jpg

Наиболее значительным мифом из антологии шиваитских преданий является миф о Дакше. Эта история поведана в Махабхарате и несколько её вариантов приведены в Пуранах. Дакша, сын Брахмы (в Ведах его матерью названа Адити), был отцом Сати. Сати стала женой Шивы, которого она заполучила в мужья как благодаря силе своей аскезы, так и красоте, но во время их свадьбы нарастает напряжение между Дакшей и его неординарным зятем. Шива и Сати удаляются на гору Кайласа. Дакша начинает приготовление к жертвоприношению коня, на которое приглашает всех богов, кроме Шивы.

В то время как Шива не был обеспокоен таким пренебрежением, Сати, обезумев от обиды, в ярости удаляется с жертвоприношения своего отца, где она была оскорблена Дакшей. Пылая гневом, она заканчивает жизнь самоубийством, сжигая себя при помощи своей йогической силы. Шива приходит в ярость и нападает на Дакшу во время жертвоприношения в своей ужасающей форме Вирабхадры вместе с ордами демонических существ. Все были уничтожены, а Дакша обезглавлен и, таким образом, превращён в жертвенное животное. Затем Шива воскрешает убитых и Дакшу в том числе, по некоторым версиям, приставив ему голову козла, и жертвоприношение продолжается уже в присутствии Шивы. В некоторых, возможно, более поздних версиях, Шива находит тело Сати и в состоянии безумия танцует с ним безудержный дикий танец по всей вселенной.

Несмотря на то, что данный миф имеет много смыслов и может трактоваться различными способами, здесь, пожалуй, наглядно показано, что изначально Шива был отстранён от ведийских жертвоприношений и что он является божеством, по всей вероятности, происходящим не из ведийского пантеона, но тем, кто появился, чтобы получить признание как один из богов.

Действительно, то, что Шива уничтожил жертвоприношение огнём, является парадоксальным действием, которое доказало его право на получение жертвы. По сути, в этом мифе мы можем наблюдать аналогию развития шиваизма. Поскольку Шива находится за пределами ведийского пантеона, то это относится и к традициям, связанным с ним. Точно также как Шива заявляет о своём присутствии с такой силой, что ведийский пантеон был вынужден его принять в себя, таким же образом шиваитские традиции были включены в ведийскую идеологию и практику.

Иконография Шивы

Шива 02.jpg

Шива – бог неоднозначности и парадоксов. Он был описан Венди Донигером О'Флахерти как «эротичный аскет». Он – непристойно и беспорядочно себя ведущий бог, который в то же время является и соблюдающим обет безбрачия йогином, совершающим аскезу в Гималаях. Он – трёхокий бог, кто сжёг страсть (Каму) своим третьим глазом. Он тот, кто танцует на шмашане и кто соблазняет жён мудрецов в сосновом лесу. Он – дикий аскет со спутанными волосами и он же – идеальный семьянин и домохозяин, имеющий жену Парвати и двух сыновей, Ганешу и Сканду.

Он содержит в себе все противоположности и даже представлен как полумужчина-полуженщина. Иногда Шива описывается как бог разрушения в индуистской троице, в которой Брахма выступает как создатель, а Вишну – как хранитель, но для своих преданных – он Верховный Господь, кто создаёт, поддерживает и разрушает мироздание.

Он скрывает свою истинную природу от человечества, но, в то же время, может продемонстрировать свою сущность как акт божественной милости. Несмотря на то, что в шиваизме очень существенный отпечаток трансцендентности Шивы, он, тем не менее, представлен или воплощён в храмах и святынях во множестве форм, описанных в мифологии. Он занимает особое почётное место в иконографии и изображается в следующих формах:

Шива, Парвати, Ганеша 01.jpg
  • Господь йоги, медитирующий на горе Кайласа (или Кайлаш) в Гималаях. Иконографически он изображается покрытым пеплом, имеющим третий глаз, которым сжёг страсть (Кама), со скрученными в джату волосами, с полумесяцем на голове, со стекающей с его локонов Гангой, украшенный гирляндами из змей и зёрен священной рудракши, с трезубцем и сидящим на шкуре тигра.
  • Домохозяин со своей супругой, богиней Парвати, двумя сыновьями (Скандой и слоноголовым Ганешей) и священным быком Нанди.
  • Шива-Натараджа, Господь танца, кто в своём повергающем в трепет танце проявляет свою безграничную мощь, создаёт, поддерживает и разрушает вселенную. Он четырёхрукий, танцующий в круге пламени на карлике (Апасмара), символизирующем невежество.
  • В форме Шива-линги или символа, присутствующего в большинстве индуистских храмах. Линга представляет фаллос в вульве, символизирующий союз Шивы с его действующей энергией или Шакти.

Социальный аспект шиваизма

Брахман-домохозяин, поклонявшийся Шиве выполнением пуранической пуджи, делавший жертвоприношения ортодоксальным формам Шивы с использованием ведийских мантр, не был инициирован в определённую шиваитскую секту, но поклонялся Шиве в общем контексте местных ведийский обрядов и смартийского соблюдения варнашрама-дхармы. По определению, те приверженцы шиваитской религии, которые не были формально инициированы и не могли практиковать тантру, назывались махешварами или Шива-бхактами, поскольку они всё ещё придерживались Вед как основного источника божественного откровения, фильтруя своё поклонение через пураническую набожность того времени. Тантра же представляет собой мистическое, эзотерическое и требующее посвящения направление, к какой бы религии оно не относилось. Формально пураническими последователями Шивы были махешвары, заботящиеся о ритуальной чистоте и следованию ортодоксальному пураническому поклонению Шиве, но те, кто проходил инициацию, например, пашупаты, были шайвами. Таким образом, почитателей Шивы можно разделить на неинициированных махешваров и инициированных шайвов (шиваитов). Инициированные, аскеты-шиваиты, в основном, находились за пределами ведийской или пуранической систем. Более того, все Пураны были составлены применительно к ведийской или смартийской общепринятой точки зрения и, хотя в Пуранах преобладают нетрадиционные шиваитские тексты, они, тем не менее, далеки по своей сути от тех неортодоксальных или тантрических систем, которые представляли угрозу для ведийской чистоты и дхармы.

Последователи пуранического шиваизма (Шива-бхакты) составили основные критерии, согласно которым допускается инициация. Любой из преданных, который был удостоен «сошествия силы» (шактипата) – духовного пробуждения, которое могло снизойти на любого человека любой касты и пола, может искать инициацию в тантрическую форму религии. Неинициированные последователи, в основном, фокусировались на преданности (бхакти-йога), в отличие от ритуалов, йоги и знаний, на которых основан путь инициированных. Эта практика описана в текстах, названных «Шайва-дхарма» что означает «Религия Шивы» или «Образ жизни в соответствие с учением Шивы».

Шива-дхарма учит:
Непоколебимая преданность Богу является сутью религии Шивы. Он сообщил, что эти восемь аспектов должны быть усердно и неукоснительно соблюдены.

«Господь сказал:
  1. Демонстрируй такую же привязанность к Моим преданным, как корова к своему телёнку;
  2. Практикуй своё поклонение с преданностью;
  3. Присоединяйся к другим преданным;
  4. Предлагай Мне бескорыстное служение;
  5. Проникнись преданностью, слушая истории обо Мне;
  6. Развивай такую преданность, чтобы она повлияла на голос, глаза и члены тела;
  7. Помни обо Мне;
  8. Не пренебрегай жертвованием Мне»

Эти «восемь заповедей» демонстрируют нам картину религиозной жизни большинства людей того времени, и, вероятнее всего, иллюстрируют тот тип практики, который можно было бы считать предпосылкой для тантрического посвящения, хотя нам известно, что теоретически инициация может проводиться в любой среде.

Неактивные преданные могут также принимать участие в больших и великолепных религиозных праздниках, называемых «утсава» или «маха». Таким образом, Шива-дхарма предписывает участие во всенощном праздновании или «всенощном бдении», которое отмечается пением божественных гимнов, священными танцами, рассказыванием историй о Шиве и Парвати, воспеваниями, театральными представлениями и играми для детей. На следующий день священные писания шиваитов торжественно возятся по городу в трёхэтажном святилище на спине слона, окропляемого ароматизированной водой и закидываемого цветами и рисом, куда бы он не пошёл.

Граждане одеваются в белые одежды и вывешивают на крышах домов цветные флаги, а также осыпают друг друга лепестками цветов и рисом. Царь запрещал все насильственные действия во время праздника и предоставлял амнистию заключённым.

Празднества такого рода проводятся только в городах, где есть освящённые храмы Шивы. Храмовый комплекс являлся важной частью жизни не только для верующих, но и для всех граждан, поскольку занимал большой участок земли, где работало много людей и был центром общественной и культурной жизни, привлекая внимание архитекторов, скульпторов, художников, танцоров, музыкантов и учёных. Один такой шиваитский храм в Южной Индии, построенный в период максимального расцвета тантрической культуры был известен благодаря 2000 проживающим там танцовщицам с тысячью служанками, ухаживающими за ними. В центре храмового комплекса всегда находилось святилище Шивы в форме Линги, в которое призывался его дух и закреплялся там посредством действующих мантр. Изваяние объявлялось живым присутствием, даже с официальной точки зрения: Шива считался владельцем земель и работодателем для храмового персонала.

Храмовый комплекс увеличивал свою социальную значимость через вспомогательные учреждения, которые часто включали в себя благотворительные объекты, такие как аюрведические медицинские клиники, роддома, пункты раздачи еды. Поблизости от храмового комплекса всегда находилась матх или ашрам – монастырь, где инициированные практикующие круглосуточно могли бы находиться рядом с Гуру или ачарьей (что-то наподобие профессора, имеющего за плечами годы обучения и многолетнюю практику в тантре). Обстановка ашрамов была идеальна для желающих посвятить несколько лет своей жизни ежедневному изучению и практике пути. Иногда они были связаны с некоторого рода духовными университетами, подобными тем, которые были в таких некогда известных шиваитских тантрических пунктах как Маттамаюра и Голаджи. Находящиеся здесь крупные центры обучения, литературного издательства, проведения дискуссий и практики дали приют большому количеству учёных-практиков и сравнимы с буддистским университетом в Наланде. Такие учреждения, как правило, находились под патронажем шайва-сиддханты. К сожалению, как и Наланда, они были уничтожены в период мусульманских завоеваний.

Виды общепринятого богопочитания и религиозных праздников (бхакти), связанных с храмами резко контрастирует со способом особого поклонения и медитации инициированного [в тантру], в центре внимания которого находится семья и Гуру. Практика инициированных является в большей степени внутренней и нуждается только лишь в нескольких внешних элементах, из которых наиболее распространены небольшой переносной Лингам и акша-сутра или чётки. С точки зрения образа жизни, в послушнический период молодые инициированные (самайины) должны жить вместе с Гуру в его доме и получать частые инструкции. Полностью прошедшие инициацию должны, в основном, иметь семью и собственный дом, но при этом периодически встречаться со своим Гуру. Эти собрания (сатсанги), проводимые инициированными, как правило, включают в себя ритуал (пуджа), обучение (упадеша) и общее празднество.

Тантрические откровения

Письменные откровения учения шиваитов называются тантрами, а тех, кто действует согласно их принципам, следовательно, тантриками. Под термином «Тантра» здесь подразумевается система ритуальных или базовых инструкций, но, когда он используется в специализированном контексте, то служит для определения отличия от традиции, основывающейся на Ведах (прямое откровение – Шрути) и большей части более поздних текстов, объявляющих своим источником Веды (непрямое откровение – Смрити). Каноны текстов Шрути и Смрити предписывают обряды, обязанности и убеждения, которые составляют основной или ортодоксальный фундамент и сотериологию индуистского общества. Тантрики, однако, смотрели на свои тексты как на дополнительное и более специализированное откровение (Вишеша-шастра), предлагающее более развитую сотериологию тем, кто инициирован в это эзотерическое учение.

Самые ранние тексты и манускрипты, которые мы можем назвать тантрическими, датируются 4-8 вв. н.э. Они приблизительно появились в одно время с шиваизмом и буддизмом, двумя религиями, которые, впоследствии, стали доминирующими в тантрической традиции средневековья. Таким образом, существует много разногласий по поводу того, которая из этих двух религий послужила источником Тантры. Давайте обратимся к фактам. Около 600 г. н.э. мы видим, что великий буддийский философ Дхармакирти (который не являлся тантриком) критикует раннюю форму шиваитской Тантры. Стоит учесть манеру поведения Дхармакирти и то, что он не потрудился бы сформулировать свою критику, если бы шиваитская Тантра ещё не достигла бы значительного успеха. Он даже не упомянул ни одну из тантрических практик буддизма, которые он, скорее всего, раскритиковал бы, если бы знал о них.

Также существует более широкий круг свидетельств о приоритете шиваитских форм Тантры. Первые шиваитские тантрические тексты, представляющие полную и подробную систему практики (предоставляющую как духовное освобождение, так и мирские возможности) являются, согласно последней датировке, на целый век более древними, чем аналогичные буддистские тексты (начало 6-го и 7-го вв. соответственно). Более ранние тексты, которые некоторые могут причислить к буддийской Тантре, являются, по сути, незначительными руководствами по практической магии, в которых не представлено ни целостной системы духовной практики, ни какого-либо доктринального обзора или космологии. Напротив, тексты ранних шиваитских тантр объёмны, сложны, относительно модернизированы и демонстрируют своим содержанием наличие новой и не имеющей аналогов эзотерической тантрической религии, со своими собственными уникальными доктринами, явно связанными и значительно отличающимися от более раннего нетантрического шиваизма.

Более того, ранние буддийские Тантры защищаются от обвинений в использовании ритуалов и мантр из шиваитского тантризма. Один текст заявляет подобное о том, что буддистский бодхисатва по имени Манджушри учил «Всему, что обитатели земли без исключения относят к учению Шивы». Существуют и некоторые другие буддийские образцы подобного рода, включая тексты, явным образом обучающие шиваитским мантрам, но не существует ни одного обратного примера, чтобы в шиваитских текстах были представлены буддийские материалы (по крайней мере, не ранее чем пять веков спустя). Исследования Алексиса Сандерсона доказали что Тантра как движение, несомненно, имела своё начало в шиваизме и быстро распространилась на буддизм, а также за его пределы.

К истокам Тантры

Beginning of the Tantra.jpg

В этом разделе мы обратимся к развитию непуранического направления шиваизма – Ати-марга, из которого возникла Тантра. На рисунке ниже мы можем проследить истоки шиваизма. Цивилизация долины Инда, будучи подверженной как внешним, так и внутренним изменениям, находилась под сильным влиянием арийского ведизма, который положил начало ортодоксальной брахманической культуре индуизма. В лоне индуизма появились эпические произведения и Пураны, которые стали источником теистического индуизма в поклонении Шиве, Вишну, Деви и т.д. Йога, как уже обсуждалось в предыдущей теме[2], постепенно интегрировалась в лоно индуизма и развивалась с течением времени в рамках традиции, ассимилируясь и трансформируясь под влиянием последующих достижений в тантрическом учении. Поскольку распространение теизма получило своё выражение, мы имеем пураническую форму шиваизма и не пураническую его форму. Пураническая форма находится под сильным влиянием великих эпических произведений и практически полностью фокусируется на народном поклонении (бхакти) Шиве.

Не пураническая форма шиваизма уходит своими корнями в аскетический идеал направления Ати-марги («высший путь»), включающего в себя особые группы аскетов, таких как Пашупаты (А1), Лакулы (А2) и Капалики (А3).

В текстах Ати-марги, по крайней мере, у Пашупатов и Лакулов, акцент делается на антикультурном аскетизме и медитативном погружении в божество. Практика основана на содержащей различные предписания литературе, доступной исключительно брахманам и то лишь тем из них, кто должным образом прошёл через брахманическую церемонию упанаяны, которая давала возможность мальчику начать изучение Вед. Женщинам не предоставлялась такая возможность, хотя существуют некоторые свидетельства и письменные подтверждения присутствия женщин среди аскетов Атимарги.

Именно из Атимарги возникли направления Мантра-маргапуть мантры») и Кула-маргапуть каулы»). А сейчас мы перейдём к рассмотрению развития Ати-марги.

Литература

  • Flood, Gavin. An Introduction to Hinduism. Cambridge University Press, NY, 2002.
  • Flood, Gavin (Ed). The Blackwell Companion to Hinduism. Blackwell Publishing, MA, 2003
  • Flood, Gavin. The Tantric Body: The Secret Tradition of Hindu Religion. I.B. Tauris, NY, 2006.
  • Lorenzen, David. The Kapalikas and Kalamukhas: Two Lost Saivite Sects. Motilal Banarsidass Publishers. India, 1991.
  • Samuel. Geoffrey. The Origins of Yoga and Tantra: Indic Religions to the 13th Century. Cambridge University Press, NY, 2008.
  • Sanderson, Alexis. “The Saiva Age – The Rise and Dominance of Śaivism during the Early Medieval Period.” In The Genesis and Development of Tantrism. Einoo, Shingo (Ed). University of Tokyo, Tokyo, 2009, pp. 41–349.
  • Sanderson, Alexis. Summary of ‘Tantric Śaivism’: Lectures delivered at the École Pratique des Hautes Études, Section 5, from April to June 1991
  • White, David Gordon. Kiss of the Yogini: “Tantric Sex” in its South Asian Contexts. The University of Chicago Press, IL, 2003.
  • Wallis, Christopher. Tantra Illuminated: The Philosophy, History, and Practice of a Timeless Tradition. Anusara Press, TX, 2012.
Wiki.shayvam.org.jpgНаши статьи.
® Этот материал был написан специально для проекта «Вики.Шайвам.орг».
Вы можете разместить его целиком или фрагментарно на любом стороннем сайте.
Администрация «Вики.Шайвам.орг» просит вас указать, что материал был взят с нашего сайта.
Спасибо!


Примечания

  1. Прим. переводчика.
  2. См. статью «Mandala and Agamic Identity in the Trika»